Энергетика и энергоресурсы Украины и мира

Россия: составляющие экономической эффективности использования систем и установок энергетики возобновляемых источников энергии

В настоящее время предлагается значительное число различных методик расчета и показателей эффективности выработки энергии, в том числе при использовании экологически более “чистых” технологий ее производства. Например, оценка коэффициента окупаемости показателя, заданного условиями конкретного проекта (его “внутренняя доходность”), значимость которого не распространяется на другие системы, то есть данный коэффициент характеризует максимально возможный уровень рентабельности капиталовложений. Таким образом, в каждом конкретном случае необходимо найти ориентир, позволяющий учитывать стоимостные взаимосвязи в рамках всего планового горизонта. Для конкурирующих проектов нахождение подобных ориентиров позволяет “спроецировать” последствия альтернативных способов приложения капитала на сходную ситуацию. Важнейшим этапом принятия решений является сравнение полученных коэффициентов окупаемости с нормативом окупаемости, то есть ее минимально приемлемыми значениями. В условиях различных временных горизонтов, динамик и величин денежных поступлений, различных производственных программ и капитальных затрат по их реализации заданные показатели эффективности используемых финансовых средств должны сравниваться по своим относительным значениям, подразумевающим существование показателя эффективности капиталовложений, заранее указанного инвестором по сути пороговой (критической) ставкой дисконтирования. Его значение является нормативом окупаемости для данной компании как в случае совокупности рассматриваемых проектов, так и при рассмотрении отдельно взятого проекта.

При выборе варианта с однократными капитальными вложениями и стабильными во времени эксплуатационными расходами (для систем и установок на базе возобновляемых источников энергии) показателем сравнительной экономической эффективности капитальных вложений является минимум годовых приведенных затрат. Однако в реальности эксплуатационные затраты (особенно стоимость топлива для традиционной энергетики) не являются постоянной величиной. При этом в случае, если изменение стоимости топлива непредсказуемо, то рост эксплуатационных затрат не может быть точно рассчитан, что вносит неопределенность при принятии решений по использованию той или иной системы или оборудования традиционной энергетики или энергетики ВИЭ.

С некоторыми упрощениями эффективность ВИЭ-системы по сроку окупаемости может быть рассчитана  с учетом ее удельной сметной стоимости, количества энергии, вырабатываемой системой за год, и стоимости замещаемой энергии (холода, теплоты и т. д.).

Однако и в этом случае непрогнозируемая (и, как правило, растущая) стоимость топлива вносит свою неопределенность. Кроме того, для предлагаемой системы всегда можно найти такие удаленные местности или режимы работы замещаемого оборудования (котельной, работающей только летом, отсутствия ЛЭП), где стоимость замещаемой энергии обеспечивает приемлемый срок окупаемости.

Следовательно, оценка систем энергетики ВИЭ в сравнении с традиционной энергетикой по приведенным затратам, сроку окупаемости – это не те единственные критические показатели, по которым можно судить об эффективности использования ВИЭ-установки, поскольку кроме всего прочего ее системами вырабатывается “зеленая” энергия.

По мнению ряда ученых, использование в качестве критериев эффективности производства таких показателей, как увеличение объемов производства продукции, валового и чистого дохода, сокращение затрат труда, материальных ресурсов, рост фондовооруженности и стоимости рабочего места, установленного киловатта и др., не в полной мере определяет реальную динамику технического и технологического уровня производства, так как эти критерии относительны и неточны. Величина стоимостных показателей определяется через цены (как выражение стоимости продукта), которые не всегда отражают общественно необходимые издержки производства. Поэтому исследователи предлагают использовать такой показатель, который позволял бы более достоверно определить затраты на производство и, не подменяя стоимостных показателей, дополнял бы их и корректировал. Таким показателем, по их мнению, должна являться энергоемкость, отражающая затраты энергии на протяжении жизненного цикла производства продукта от этапа добычи сырья до получения готового изделия (энергии).

Энергетические показатели предпочтительны потому, что они наиболее соответствуют экономическим критериям эффективности общественного производства, отражая затраты совокупного труда на получение продукта в энергетических единицах, и могут служить реальной основой ценообразования, связанной с учетом затрат в системе “добыча – переработка – выпуск конечного продукта”. Энергетический подход позволяет сравнивать неоднородные потребительские стоимости производства в различных отраслях. Решение этих вопросов непосредственно смыкается с использованием энергетических показателей для прогнозирования технических средств, поскольку оно требует определения энергоемкости машин и оборудования, играющей роль структурообразующего фактора.

По мнению ряда специалистов, применение энергетического критерия для технико-экономических оценок, планирования и учета открывает новые аспекты совершенствования хозяйственного механизма и стимулирования научно-технического прогресса в энергетике или любой другой отрасли.

Однако в подобном показателе также заложена неопределенность – изменение цены “энергоемкости” при низком коэффициенте использования установленной мощности, изменении КПД в течение срока службы проекта (машины) и т. д. Кроме того, в нем (показателе) не находят отражение дополнительные социально-экологические преимущества, получаемые при использовании систем и установок энергетики ВИЭ. А ведь известно, что российские и зарубежные оценки прямых социально-экономических затрат, связанных с вредным воздействием электростанций, вырабатывающих электроэнергию за счет сжигания органического топлива, включая болезни и снижение продолжительности жизни людей, оплату медицинского обслуживания, потери производства, снижение урожая, восстановление лесов и ремонт зданий в результате загрязнения воздуха, воды и почвы, дают величину, добавляющую примерно 75% мировых цен на топливо и энергию (для угольных ТЭЦ – более 75%).

Кроме того, сравнительную экономическую оценку (энергоемкость), например, теплоснабжения от сжигания дров и использования солнечной энергии достаточно трудно привести к одному знаменателю. Ведь экономические потери от вырубки леса выражаются в уменьшении продуцирования кислорода, поглощения вредных газов, насыщения воздуха фитонцидами и т. д. Лес обеспечивает выработку до 40% кислорода земной атмосферы, а океан – около 60%. Охраннозащитные и рекреационные функции лесов, разумеется, являются неперевозимыми.

Конкурентоспособность энергогенерирующего предприятия (производства) в целом, как и машиностроительного предприятия, представляет собой среднеарифметический, или средневзвешенный показатель конкурентоспособности отдельных видов энергии, выпускаемых предприятием. В свою очередь, конкурентоспособность – экономическая эффективность систем энергетики ВИЭ – напрямую зависит от показателя децентрализации потребителя энергии. Чем удаленнее потребитель от основных магистралей и чем меньше энергопотребление, тем более выгодно освоение систем, работающих от ВИЭ. В этой связи может быть использовано много методик и показателей оценки эффективности использования ВИЭ в сферах производства, быта, отдыха и т. д., не обращаясь к критерию “конкурентоспособность”.

Опираясь на эти положения, например, для проекта энергетической установки по выработке тепловой энергии (в зимнее время) и холода (в летний период), можно обобщить, что его экономическая эффективность складывается из социального, экономического и экологического эффектов, или из социально-эколого-экономической эффективности.

Необходимо также подчеркнуть, что народнохозяйственный эффект использования системы холодо-теплоснабжения, как и любой технологии энергетики ВИЭ, состоит не только в производстве холода и теплоты, но и в сохранении при этом органического топлива в недрах (в том числе за счет использования зимой биометана). Это – принципиальное преимущество всей энергетики ВИЭ, и его необходимо учитывать при определении эффективности использования ее систем и установок по сравнению с установками, использующими органическое топливо. Ведь при сохранении топлива не возникает (не растет) в этой сфере глобальный “экономический долг поколения” (“GED”), который в настоящее время достиг астрономических размеров.

В новом веке экономия ресурсов становится все более важной задачей, и учет многогранных последствий от их сохранения, несомненно, будет давать более объективную оценку эффективности использования ВИЭ и энергосбережения.

Народнохозяйственный эффект от сохранения запасов органического топлива в недрах при использовании ВИЭ должен оцениваться с учетом таких основных параметров, как количество топлива, сэкономленного у конечного потребителя в год, потери первичного (находящегося в недрах) топлива при движении его к конечному потребителю (при добыче, обогащении, транспортировке, переработке, распределении и т. д., когда в среднем теряется до 90% от находящегося в недрах) и удельная оценка (цена) сохранения в недрах органического топлива.

При определении эффективности указанной системы холодо-теплоснабжения требуется также учет и анализ расхода не только денежных ресурсов (капитальных вложений, текущих затрат), но также сырьевых, топливных, транспортных, материальных и трудовых ресурсов в натуральном выражении, изменения которых для сравниваемых вариантов надо определять последовательно. Экономия топлива при выработке холода и теплоты системой холодо-теплоснабжения определяется при условии такой же обеспеченности потребителей холодом и теплотой, что и в варианте на органическом топливе.

Количество топлива, которое понадобится на доставку топлива от места его добычи к месту потребления, находится на основе данных о расходовании топлива соответствующим магистральным и внутрирайонным транспортом. Экономия топлива на внутрирайонный транспорт особенно значительна при использовании системы холодо-теплоснабжения в удаленных и труднодоступных районах. В целом стоимость доставки топлива для удаленных потребителей сильно зависит от расстояния его транспортировки автомобильным транспортом. Например, сопротивление качению грузового автомобиля на пневмоколесах в 6-9 раз выше, чем у железнодорожного вагона, катящегося по рельсам. По этой причине и удельные затраты энергии на перевозку угля на грузовиках в 2-4 раза выше, чем аналогичный показатель на железнодорожном транспорте. При этом необходимо также учитывать, что, например, коэффициент сохранности угля при транспортировке на дальние расстояния составляет 0,83-0,85, а коэффициенты сохранности угля при погрузочно-разгрузочных работах и хранению: по количеству – 0,90-0,92, по качеству – 0,93-0,95.

Количество топлива (энергии), которое требуется для транспорта произведенной энергии (электроэнергии, теплоты) конечному потребителю, зависит от мощности генерирующей системы (установки). Обычно в производственно-транспортных задачах на размещение и мощность любого предприятия оказывают влияние противодействующие факторы. С увеличением мощности предприятия уменьшаются удельные производственные затраты, но одновременно увеличивается радиус транспорта продукта. Это в полной мере относится и к производству и транспорту энергии (электроэнергии, тепла) ТЭЦ, ТЭС.

ВИЭ являются экологически чистыми топливно-энергетическими ресурсами, что необходимо учитывать в виде экологического эффекта. Например, воздействие выбросов СО2 при сжигании биометана (зимой – для привода в работу компрессора системы) на окружающую среду бесконечно мало, поскольку в природных условиях из органической биомассы (отходов), которая обеспечила получение биометана в биореакторе, в атмосферу за счет естественного брожения выделился бы биометан. А вот преобразование органических отходов в биометан и удобрения необходимо учитывать в виде экологического эффекта, уменьшающего загрязнение окружающей среды далеко не безвредными отходами животноводства.

Кроме того, использование биометана не требует создания очистных сооружений для предложенной системы холодо-теплоснабжения (очистка биогаза от вредных газов осуществляется в технологическом цикле биогазовой установки). Поэтому экологический эффект может быть учтен как предотвращенный ущерб благодаря отсутствию вредных выбросов в результате использования ВИЭ-системой (дезинфекция отходов животноводства при получении биометана условно не учитывается). Можно оценивать и удельные ущербы при одинаковых выбросах в почву и воду для каждого вида почв и водного объекта.

Аналогично определяется экологический эффект как предотвращенный ущерб благодаря уменьшению вредных выбросов при создании и добыче энергоносителя.

При оценке ущерба водным объектам можно исходить из уровня содержания растворимого кислорода (РК) в воде и органических отходов. Так же, как и при загрязнении воздуха, почти нет предела разнообразию загрязнителей, которые могут сбрасываться и сбрасываются в водную среду. Они имеют различные последствия для человека и живого мира, тем самым сокращая ценности, которые могут быть прямо или косвенно получены человеком из окружающей среды. Основные источники органических разлагаемых загрязнителей вод – это промышленность, ТЭЦ, ТЭС, сельское хозяйство, бытовое хозяйство и слив дождевых вод в городах. Если сброс органических загрязнителей в конкретном месте не слишком велик, содержание РК в реке (водоеме) сначала уменьшается до определенного уровня, а затем снова восстанавливается (при условии, что не происходит других сбросов по течению реки). А если объем сброшенных в воду органических веществ превышает определенный уровень, процесс их разложения может привести к истощению РК.

Ущерб от многих промышленных стоков существенен – содержание кислорода в воде резко снижается, так как подобные стоки часто имеют биологическую потребность в кислороде намного выше, чем коммунально-бытовые стоки.

Высокие уровни РК – от 7 до 8 частей на миллион (мг/л) – необходимы для некоторых важных сортов рыбы (8-10 мг/л – стадия насыщения кислородом в большинстве рек и озер России в летний период). Для большинства же рыб более низкие уровни кислорода – 4-5 мг/л – вполне подходящие для жизненного цикла. Однако при уровне РК ниже 2-3 мг/л могут выживать только карп и некоторые другие не столь ценные сорта рыбы.

Кроме сокращения РК как такового, сброс органических отходов может иметь и другие нежелательные последствия для водных источников. В ходе их разложения образуются питательные вещества для водорослей, стимулирующие их рост. Опасность чрезмерного роста водорослей и эвтрофикации водоемов – одна из наиболее трудноразрешимых задач в управлении качеством водной среды, особенно в озерах, заливах и эстуариях.

Неразлагаемые загрязнители вод не перерабатываются речной биотой. Для большинства из этих загрязнителей единственные существенные изменения, которые могут происходить в поверхностных водах – растворение и осаждение, в подземных водах – осаждение и абсорбция. Эта группа состоит из различных неорганических химикатов, включая тяжелые металлы, частицы почвы и разные типы коллоидных веществ. Когда все эти вещества накапливаются в достаточно больших объемах, они могут оказаться ядовитыми по отношению к некоторым формам жизни, привести к помутнению вод, порождать неприятные запахи, увеличивать жесткость воды и, особенно в присутствии хлоридов, вызывать коррозию металлов.

Как показывает анализ показателей, определяющих экологическую эффективность ВИЭ-оборудования, использование возобновляемых источников энергии позволяет существенно уменьшить нагрузку на биосферу, понизить эргодемографический индекс территории.

Однако природа слишком сложна, чтобы можно было однозначно утверждать, что ущерб можно достоверно определять по таким простым параметрам. Потенциальное генетическое разнообразие особей внутри любого вида животных и растений равно 1050. Приблизительно тем же числом (1045-1048) оценивается количество всевозможных вариантов окружающей эти виды среды. Любой практически неповторимый организм может попасть во все многообразие ситуаций среды жизни, не только абиотической, но и внутри своего вида (в микропопуляциях, популяциях), а также внутри минузии, консорции, биоценоза. Даже если считать несущественной генетическую разнокачественность организмов, а пытаться управлять лишь средой жизни, то в каждый из моментов придется перебирать около 1050 вариантов. Для управления необходимо знать то, что есть сейчас и что будет в ближайшем и отдаленном будущем, то есть если принять на себя прогноз развития природных систем, то число вариантов безмерно возрастает.

Вот наглядный пример тому, что способность экосистем к самоочищению и самовосстановлению неоднозначна. На Крайнем Севере самоочищение рек происходит фактически на расстоянии до 2 тыс. км от источника загрязнения, в то время как в умеренной зоне этот процесс может завершиться всего в пределах 200-300 км.

Необходимо учитывать, что экономия органического топлива – это и экономия кислорода, расходуемого при сжигании топлива.

Определенный интерес представляет использование отходов сжигания, например, угля, торфа и сланцев. Зола угольная и сланцевая широко используется для раскисления почв и производства углетуков (удобрений) стимуляторов роста растений. Зола подмосковных углей содержит 37-38% окиси алюминия, а нефелиновый концентрат кольских апатитовых месторождений – всего 29,5%. Зола торфа востребована в фармакологии.

Например, при сооружении для системы холодо-теплоснабжения котлованов под солнечный соляной пруд и котлован со льдом верхний плодоносный слой земли (чернозем, гумус) может быть продан, а значит, эффект от его реализации будет снижать стоимость системы холодо-теплоснабжения. А если он будет использован для улучшения плодородия почвы собственника системы холодо-теплоснабжения, то годовой эффект от этого будет выражаться в повышении урожая выращиваемых культур, компенсируя уменьшение площади участка, использованной под пруд и котлован.

Одним из действенных методов снижения издержек производства является система поставок комплектующих, сырья, топлива “точно вовремя”. В Западной Европе это позволяет сократить площади складских помещений, снизить примерно в два раза потребность в персонале, занимающемся транспортировкой грузов внутри территории предприятия, а также сократить уровень запасов. Благодаря этому улучшаются показатели использования оборотных средств.

В результате ускорения оборачиваемости (например, в результате снижения производственных запасов оборотных средств) также достигается определенный экономический эффект.

Эффект от экономии оборотных средств будет способствовать уменьшению социальной напряженности. Ведь очень часто предприятия привлекают в качестве оборотных средств различного рода устойчивые пассивы. А это может приводить к задолженности рабочим и служащим по заработной плате, к задолженности по отчислениям в фонды и инспекции. Сохраняются средства, предназначенные для использования в последующем периоде (оплата отпусков работникам, текущий ремонт, выплата вознаграждений и т. д.). Не образуется задолженность за электроэнергию, телефон и т. д. Все эти средства формально не принадлежат предприятию, но по действующей практике расчетов они постоянно находятся в распоряжении предприятия и используются им для покрытия потребности в оборотных средствах.

При использовании солнечной энергии, энергии воды/льда и биометана отсутствуют риски, возникающие, например, при использовании угля, сжиженного газа, мазута, когда при их доставке возможно проникновение, закрепление или распространение вредных организмов (в том числе колорадских жуков, саранчи), заболеваний, переносчиков болезней или болезнетворных организмов, а также сорных растений транспортными средствами. В этом случае снижается потребность в обязательных и дорогостоящих, при их надлежащем исполнении, ветеринарно-санитарных и фитосанитарных мероприятиях.

Поэтому ветеринарно-санитарный эффект также может быть учтен как предотвращенный ущерб благодаря отсутствию завоза топлива, а с топливом вредных организмов и переносчиков болезней, сорных трав при использовании системами солнечной энергии и биометана.

Кроме рассмотренных эффектов, использование системы холодо-теплоснабжения способствует решению социальных задач за счет сокращения тяжелого труда по добыче топлива, улучшению условий труда и быта людей на рассредоточенных объектах, в том числе за счет ликвидации сквозняков. Широко известно, что от сквозняков, как правило, заболеваемость, особенно в производственных цехах, возрастает примерно в два раза, а потери рабочего времени из-за болезни – до 50%. Ликвидация сквозняков при использовании системы холодоснабжения позволит, как бывает от других мероприятий, повысить производительность труда примерно на 8%.

Использование энергетики ВИЭ для обеспечения бесперебойного энергоснабжения сегодня выходит на одно из первых мест. Это связано с тем, что экономические потери при отсутствии бесперебойного энергоснабжения на железнодорожном транспорте, в сельском хозяйстве сродни потерям, которые будут наблюдаться на любом производстве непрерывного цикла, будь то металлургический цех (завод) или, например, нефтеперерабатывающая установка при отключении электроэнергии. В силу биологических особенностей сельскохозяйственного производства восполнить в таких случаях потери продукции нельзя ни за счет сверхурочной работы, ни за счет форсированных режимов. Потерь продукции можно не допустить только путем ввода дополнительных мощностей при надежном энергообеспечении производства, хранения, переработки.

Несомненно, что эффективность использования технологий энергетики ВИЭ с течением времени будет возрастать. Этому будет способствовать и все большая необходимость экономии топлива, и технический прогресс, и совершенствование организации создания и применения установок ВИЭ.

Кроме определения прямого экономического эффекта, существуют методики оценки различных сопутствующих внедрению новшеств экономических эффектов (дополнительных показателей).

Часть показателей эффективности отдельных технологий энергетики ВИЭ можно определять и как сопутствующие экономические эффекты.

Возникает экономический эффект от дополнительных объемов работ, выполненных работниками, высвободившимися в результате применения энергии, вырабатываемой по любой из технологий энергетики ВИЭ, в местах, где она раньше не применялась, и от вторично используемых рабочих.

Этот дополнительный экономический эффект можно распространить и на семьи. Согласно расчетам П. Пирхавки, в сельской семье из 4 человек один взрослый полностью занят работой по обеспечению дома водой, топливом, приготовлением пищи и т. п. На это затрачивается до 3 тыс. часов в год. Следовательно, применение энергетического оборудования для обработки почвы, ухода за растениями и животными, отопления помещений, приготовления пищи имеет как социальное, так и экономическое значение.

Возникает сопутствующий эффект также в добывающих и перерабатывающих отраслях, машиностроительном комплексе, что может оказывать влияние на улучшение инвестиционной политики в стране.

Следует учитывать также, что при применении предлагаемых новых ресурсосберегающих технологий снижаются затраты на проведение геологоразведочных работ, в производстве значительной части опытно-экспериментального производства, приборов и оборудования для проведения испытаний, станочного парка опытного производства и т. д. Отпадает необходимость в постоянном увеличении пропускной способности транспортной инфраструктуры, так как при сооружении, например, солнечных соляных прудов и котлованов будут использоваться в основном природные “готовые и вечные” материалы, при этом не потребуется сохранение прежних объемов перевозки топлива.

Методический принцип, примененный при определении величины сопутствующего эффекта, является в достаточной степени научно обоснованным, так как учитываемое при расчете прямого экономического эффекта изменение экономических показателей до и после широкого использования “готовых и вечных” природных материалов для принципиально новой технологии производится на основе цен, отражающих сложившуюся структуру промышленности и капитальных вложений в нее. Поэтому вновь требующиеся капитальные вложения, исключаемые в этом случае, правомернее учитывать отдельно в качестве сопутствующего эффекта. Утверждение отдельных экономистов о том, что подобный эффект уже учтен в цене продукции, правомерно только в тех случаях, когда эти цены пересмотрены с учетом вновь примененных капитальных вложений.

Определение сопутствующего эффекта представляет собой важную часть общего расчета социально-экономической эффективности ускорения и расширения сфер использования технологий энергетики ВИЭ, поскольку средняя стоимость строительства объектов железнодорожного транспорта возрастает в разы. Увеличение сметной стоимости транспортного строительства связано в основном с объективными причинами, такими, как увеличение ширины земляного полотна и толщины балластного слоя, преимущественное использование тяжелых рельсов, железобетонных шпал и т. д.

В настоящее время на всех видах транспорта наблюдается также тенденция возрастания стоимости подвижного состава в связи с его техническим усовершенствованием; растет и фонд оплаты труда транспортных работников.

Нельзя обойти стороной и такой важный дополнительный показатель комплексного (полноты) использования ВИЭ и ее производных, как фондоотдача. Оценка методов, способствующих полному использованию солнечной энергии и ее производных (теплоты/холода различных температурных диапазонов), может производиться на основе показателя фондоотдачи. Однако если фондоотдача рассматривается применительно к одному изолированному технологическому переделу (производству), то, как правило, когда комплексность (полнота) использования, например, сырья (за счет попутного извлечения компонентов) возрастает, фондоотдача падает. И на основании этого комплексность использования сырья ошибочно считается экономически нецелесообразной. Подобные заключения не вызывают сомнения, если рассматривается “локальная” фондоотдача без учета экономии капитальных вложений в результате отказа от сооружения специализированных производств.

Поэтому определение дисконтированных чистых денежных поступлений или чистой приведенной величины дохода, характеризующей общий, абсолютный результат инвестиционного проекта (систем и установок энергетики ВИЭ), надо вести с учетом социально-эколого-экономических преимуществ энергетики ВИЭ по разработанной автором формуле, которая включает такие показатели, как годовой доход от проекта, коэффициент, учитывающий дополнительную социально-эколого-экономическую эффективность использования оборудования энергетики ВИЭ на рассматриваемой территории, коэффициент, учитывающий опережающий рост цен на энергию, произведенную посредством сжигания органического топлива, а также сезонные эксплуатационные расходы и издержки при производстве этой энергии, среднегодовые затраты на проект, ставку дисконта, продолжительность жизни проекта.

Анализ структуры дополнительного социально-эколого-экономического эффекта отдельно взятой системы энергетики ВИЭ показывает, как взвешенно нужно подходить к анализу эффективного использования новых технических решений. А ведь достаточно часто при освоении различных по климатическим условиям и предназначению территорий выбор того или иного источника энергоснабжения поручают людям, далеким не только от энергетики ВИЭ, но и от традиционной топливной энергетики. При этом игнорируется выработанное годами правило: использовать знания специалистов. И достаточно странно, что это разумное правило совершенно отбрасывается, когда дело касается децентрализованного энергоснабжения или обеспечения энергией угнетенных с экологической точки зрения местностей. Как часто некоторые руководители из сферы традиционной энергетики, без сомнения крупные специалисты в своей отрасли знания, считают себя компетентными высказывать догматические суждения по актуальности и социально-эколого-экономической эффективности новых направлений энергетики ВИЭ, а также всему, что к ней относится, зачастую не будучи глубоко осведомленными ни по одному из ее “феноменов”, совершенно не имея представления о ее принципах и соответствующей практике. (Г. Осадчий, директор, главный конструктор конструкторского бюро альтернативной энергетики “ВоДОмет”. БИКИ/Энергетика Украины, СНГ, мира)

 

Exit mobile version