Энергетика и энергоресурсы Украины и мира

Мир: куда Россия может cбыть свою невостребованную нефть, – The Economist

Китай и Индия почуяли прибыль в связи с отказом европейских стран от российской нефти, пишет The Economist. Однако в недалекой перспективе, по мнению авторов статьи, цена черного золота для им-портеров вырастет, и для этого есть причины.
22 февраля, за два дня до начала российской оккупации Украины, судно под немецким флагом вышло из российского Приморска с 33 000 тоннами дизельного топлива. Однако доставить груз по назначе-нию не удалось. Когда 3 марта судно прибыло в британский нефтяной терминал Транмер, докеры от-казались его обслуживать, когда узнали, откуда груз. Аналогичные бойкоты наблюдались и в других местах. Информационная компания Kayrros подсчитала, что общий объем нефти “в пути” за две неде-ли российской операции вырос почти на 13% – для недоставленных российских грузов приходится по-дыскивать новых покупателей. Резко прибавилось и судов, возвращающихся в Россию.
Большая часть того, что убыло из России за последние недели, куплено и оплачено до начала кон-фликта. С тех пор новые поставки нефти из страны значительно сократились. Из-за страха санкций, репутационных потерь и головной боли с логистикой многие покупатели от покупок отказались. 24 марта объем морского экспорта российской нефти составил 2,3 миллиона баррелей в сутки – почти на 2 миллиона ниже, чем 1 марта, сообщает информационное агентство Kpler. Поскольку эти баррели ушли с рынка, цена на мировой эталон марки Brent приближается к 120 долларам. Однако странам, которых не пугает ни общественное осуждение, ни новые логистические препоны, российская нефть, наоборот, кажется выгодной сделкой. А это, в свою очередь, чревато долгосрочными переменами в торговых моделях.
Частичное эмбарго против России во многом перекликается с западной блокадой Ирана в 2010-х. В результате Исламская Республика разработала непревзойденный план контрабанды нефти. В мае 2018 года Америка ввела санкции “максимального давления”, чтобы полностью перекрыть экспорт иранской нефти. Это почти удалось: к октябрю 2019 года поставки упали до 260 000 баррелей в сутки – для сравнения, до ввода санкций они составляли 2,3 миллиона. Однако с тех пор экспорт немного восстановился и за три месяца до февраля 2022 года составил в среднем 850 000 баррелей в сутки.
Иран сбывает свою нефть по двум каналам. Первый – это разрешенные, но ограниченные продажи. Введя санкции, Америка предоставила исключение восьми странам-импортерам. Но и тут есть боль-шая загвоздка: продажи должны оплачиваться в валюте покупателей, а выручка – либо храниться на счетах условного депонирования в местных банках, либо идти за закупку товаров местного производ-ства из разрешенного списка. Ирану это крайне невыгодно. В декабре он получил он Шри-Ланки чая на 251 миллион долларов в счет оплаты долга за нефть.
Чтобы обойти ограничения, Иран переправляет огромное количество нефти контрабандой – это и есть второй канал сбыта. Иранские танкеры плывут к противникам Америки вроде Венесуэлы с отключен-ными транспондерами. Некоторые даже перекрашены, чтобы скрыть страну происхождения. Другие перегружают свой груз в открытом море на суда под чужим флагом – нередко под покровом ночи. На-конец, нефть доставляют по суше банды контрабандистов, говорит Джулия Фридлендер, бывший ра-ботник разведки, а ныне сотрудник Атлантического совета в Вашингтоне. Нефть обменивается с Ки-таем, Турцией и Объединенными Арабскими Эмиратами на золото, пестициды и даже жилищные про-екты в Тегеране. Трейдеры из Дубая, где проживает полмиллиона иранцев, смешивают нефть из Ис-ламской Республики с аналогичными сортами, а готовый коктейль продают как кувейтскую.
Россия едва ли позаимствует иранскую методичку – главным образом потому, что в ней пока нет не-обходимости. Сделки с Ираном грозят банкам третьих стран огромными штрафами. Из-за этих санк-ций открытая покупка нефти рискованна. Россия же, напротив, столкнулась с более слабым эмбарго. Пока что импорт российской нефти запретила лишь Америка, которая никогда не была большим поку-пателем. 25 марта Германия заявила, что сократит свои закупки вдвое, однако когда это произойдет, неясно. Трубопроводные продажи, менее заметные по сравнению с танкерной отгрузкой, составляют около одного миллиона от общего объема российского экспорта в 7,9 миллиона баррелей в сутки и продолжаются как ни в чем не бывало. Вторичных санкций пока нет.
А вот морской экспорт сократился. В первую очередь потому, что западные покупатели, – особенно крупные энергетические компании, – опасаются осуждения общественности. Кроме того они столкну-лись с финансовыми и логистическими трудности, поскольку осторожные банки сокращают кредиты, судовладельцы бьются за страховку, а фрахт резко дорожает. К тому же при малейшей корректировке санкций, говорит Антония Цинова из юридической фирмы Holland & Knight, отделам нормоконтроля всякий раз приходится штудировать сотни страниц мудреной юридической документации, – из-за чего сделки с Россией теряют всякую привлекательность и едва ли стоят свеч. В результате российская марка Urals торгуется со скидкой порядка 30 долларов за баррель. Один трейдер рассчитывает, что в течение недели уценка достигнет 40 долларов.
Индия и Китай, две большие страны, не поддержавшие санкции Запада, почуяли выгоду. Индия уже начала действовать. Ожидается, что загрузка российских экспортных судов в марте вырастет до 230 000 баррелей в сутки по сравнению с нулевым показателем за предыдущие три месяца (и это не учи-тывая продукции Каспийского трубопроводного консорциума, который торгует преимущественно ка-захской и российской нефтью). Однако Индия вряд ли купит много, по крайней мере, в краткосрочной перспективе. Почти половина ее импорта приходится на Ближний Восток. Хотя часть его можно заме-нить российской нефтью, доставка из Персидского залива настолько дешевле, что для этого потребу-ется еще бoльшая скидка на марку Urals. Кроме того, оплата в долларах исключена, поэтому Индии придется экспериментировать с взаиморасчетами в рублях и рупиях.
Все это объясняет, почему Индийская нефтяная корпорация, крупнейший переработчик в стране, за-казала всего 3 миллионов баррелей. Ади Имсирович, бывший глава “Газпрома” по нефтеторговле, а ныне сотрудник Оксфордского института энергетических исследований, не представляет себе, чтобы Индия покупала более 10 миллионов баррелей в месяц. Но даже это немного, учитывая, что по про-гнозу Международного энергетического агентства российские излишки в апреле вырастут до 3 мил-лионов баррелей в сутки.
Спасти Россию может лишь Китай. Он импортирует в общей сложности около 10,5 миллиона барре-лей в сутки (11% мирового суточного производства). Имсирович считает, что Китай может увеличить суточные закупки до 12 миллионов баррелей. Благодаря этому он сможет закупить в России 60 мил-лионов в относительно короткие сроки. Сказывается и то, что у Китая много пустых хранилищ.
Однако ничего из этого пока не происходит. И одна из причин в том, что доставка российской нефти затруднилась даже для Китая. Если в Европу российская нефть доходит за три-четыре дня, то транс-портировка в Азию занимает целых 40 дней. Кроме того, нефть приходится перегружать на более крупные танкеры, а это занимает больше времени и обходится дороже. Кроме того, покупки должны быть сделаны в юанях, а китайские банки неохотно предоставляют кредиты.
Но главная причина заключается в том, что китайские трейдеры наверняка выжидают. Даже с учетом дополнительных затрат российская нефть сэкономит немало средств. А китайские трейдеры своего не упустят: когда в 2020 г. цена на нефть рухнула к однозначным показателям на фоне коронавирусного спада, они запаслись до отказа. Торговые позиции России будут слабеть, а скидка на Urals – расти. А с ней и китайские закупки.
Откатить такой шаг назад будет непросто. Большинство нефтеперерабатывающих заводов заточены под определенный тип нефти, а это значит, что переход от высокосернистой нефти сорта Urals, ска-жем, к сверхлегкой саудовской потребует времени и денег. Таким образом, продвижение России в Азию и борьба Европы за поставки могут изменить глобальный рынок. Нефть Северного моря, боль-шая часть которой традиционно идет на восток, останется в Европе. Кроме того, континент наверняка нарастит поставки из Западной Африки и Америки и увеличит импорт высокосернистых сортов из стран Персидского залива. Остальному же миру, включая Азию, придется довольствоваться тем, что забраковала Европа. Так, нефть с бразильского месторождения Тупи уже торгуется с премией относи-тельно Brent вдвое выше обычной.
Из-за фрагментации мировой системы нефтеторговли цена для импортеров вырастет. До конфликта нефть беспрепятственно перетекала с месторождений в хранилища – туда, где это было необходимо. Теперь же, отмечает Бен Лаккок из торговой фирмы Trafigura, эта точно откалиброванная система на-рушилась. (Tazabek.kg/Энергетика Украины и мира)

Exit mobile version