ЕС намерен прекратить импорт российского СПГ с 2027 года. В то же время, по данным Financial Times, европейские компании все еще смогут транспортировать российский СПГ и продавать его третьим странам по довоенным контрактам. TotalEnergies сохраняет свою 20% долю в “Ямале СПГ”. Европейские танкеры ледового класса продолжают перевозить газ.
Россия продолжает зарабатывать. Формально все уходят. Бизнес остается на месте. Теперь добавьте еще один ингредиент.
Европа все еще плохо подготовлена к защите своей критической инфраструктуры от атак дронов, предупреждает Euractiv. Терминалы СПГ, порты, хранилища, компрессорные станции и интерконнекторы – это потенциальные цели. Их не нужно уничтожать. Несколько инцидентов может быть достаточно, чтобы приостановить работу, уменьшить мощности, увеличить расходы на страхование и испугать рынок. Добавьте к этому перебои в Ормузском проливе, конкуренцию с Азией и недостаточные запасы газа. Результат предсказуем: Европа начнет искать “стабильный и безопасный” источник газа. И “Северный поток” снова станет предметом разговора.
Он будет представлен как прямой подводный маршрут, не зависящий от терминалов СПГ, морских цепей поставок, транзитных стран или инфраструктуры, подверженной воздействию небольших дронов. Действительно ли безопасен Северный поток? Взрывы 2022 ответили на этот вопрос. Но после нескольких чрезвычайных ситуаций промышленность не будет продавать инженерную правду. Она будет продавать более дешевый газ, безопасность поставок и европейскую конкурентоспособность. Риск вырастет по окончании войны. У европейских энергетических и промышленных компаний будут все основания вернуться к привычной работе с Россией. Конкуренция с Китаем, дорогостоящая энергия и слабый промышленный рост станут аргументами.
Возвращение России не будет называться возвращением. Оно может показаться в виде квоты. Специальная лицензия. Временное исключение. Совместного предприятия. Формально независимый оператор. Или как “механизм компенсации”. Часть доходов от российского газа может быть направлена на восстановление Украины или компенсацию европейского ущерба. В обмен на это Москва потребует ослабления санкций и постепенного высвобождения активов, хранящихся в Euroclear.
Таким образом, Россия могла бы финансировать часть убытков за счет доходов, полученных от возвращения на европейский рынок. Европейские компании возобновили бы свой бизнес. Политики назвали бы это вкладом в мир и восстановление. Очень удобная договоренность. Только не для Украины. Если Европа не построит энергетическую систему, способную пережить чрезвычайные ситуации без возвращения к российским поставкам, более 20 пакетов санкций могут потерять свою стратегическую ценность в течение месяцев или, как минимум, нескольких лет. Санкции не заменяют стойкость. Если Европа не сможет выдержать последующего шока поставок без российского газа, Москва все еще имеет опцию по энергетическому будущему Европы.