“Белое золото XXI века” – так называют литий из-за его стратегической роли для глобального энергетического перехода, развития электротранспорта и систем накопления энергии. Казахстан обладает запасами и этого “золота”, однако не добывает его. Есть ли у страны шанс заработать на редком металле и занять свое место в глобальной цепочке поставок лития?
Проактивная стратегия
По прогнозам международных экспертов, ожидается, что среднегодовой темп роста мирового спроса на один из редких металлов – литий будет составлять около 15,7 % до 2030 года. “Сливки” с этого спроса, похоже, будет снимать Китай, который доминирует как в добыче, так и в переработке лития на мировом рынке. Роль ключевого игрока дает Китаю возможность демпинговать. На это обращает внимание Серик Нургалиев, заместитель директора ТОО “ГРК “Огневский ГОК” с правом добычи лития.
Нургалиев отмечает, что рынок лития цикличен (с 2010 по 2021 годы цена выросла с $4 тыс. до $17 тыс. за тонну, а потом упала до $13,5-14 тысяч в 2025 году. – F). Но нужно рассматривать литий не как краткосрочную спекулятивную возможность, а как элемент индустриальной и технологической стратегии на 5-10 лет вперед. Страна, по мнению Нургалиева, при наличии ресурсной базы и при грамотной инвестиционной тактике способна занять нишу в региональной системе поставок лития и создать проекты с высокой добавленной стоимостью.
“Ключевая задача Казахстана – действовать проактивно и опережающе. В текущей фазе низких цен государству целесообразно поддерживать литиевые проекты через гранты, субсидии, налоговые льготы и механизмы софинансирования геологоразведки и научных работ. Это позволит сохранить и развить проекты на ранних стадиях, довести их до промышленной готовности и быть полностью подготовленными к следующему циклу роста цен на литий, который с высокой вероятностью произойдет”, – отметил Серик Нургалиев.
Он указал, что нужно развивать научно-технологическую базу в области переработки литиевого сырья, привлекать стратегических партнеров и инвесторов с компетенциями в химии и аккумуляторных технологиях, а также выстраивать долгосрочную государственную политику в сфере критических минералов.
“Без развития полного производственного кластера – от добычи до глубокой переработки и выпуска продукции с высокой добавленной стоимостью – Казахстан рискует остаться лишь поставщиком сырья с низкой маржей. В условиях высокой волатильности цен и жесткой конкуренции такой подход неустойчив. Поэтому ключевым фактором успеха является именно создание цепочки добавленной стоимости внутри страны, а не ставка исключительно на экспорт концентрата”, – заявил Серик Нургалиев.
Нераскрытый потенциал
В МФЦА, где на AIX торгуются горнорудные компании, согласны, что у Казахстана есть шанс заработать на литии.
“Страна имеет значительные запасы лития и выгодно расположена в центре евразийских торговых маршрутов. В целом Казахстан сегодня является перспективным регионом для геологоразведки с большим нераскрытым потенциалом по редкоземельным элементам, литию и базовым металлам”, – прокомментировали в пресс-службе МФЦА.
Там указали на необходимость активной поддержки компаний в сфере недропользования.
“Чтобы эффективно конкурировать с другими международными юрисдикциями за привлечение инвестиций, Казахстану важно усилить поддержку горнодобывающих компаний-юниоров и проектов геологоразведки”, – сообщили в МФЦА.
Прежде всего, как считают в центре, нужно сформировать интегрированную стратегию по критическим минералам по аналогии с планом Канады или Чили по литию. “Казахстану целесообразно разработать стратегию по редким и редкоземельным металлам, объединяющую разведку, переработку и экспорт с определенными KPI, механизмами финансирования и инструментами промышленной политики”, – пояснили в МФЦА.
К тому же отдельного внимания требует усиление стимулов для геологоразведки и дальнейшее повышение прозрачности лицензирования, в том числе за счет упрощения процедур.
“Для привлечения международного капитала Казахстану необходимо укреплять инфраструктуру и институты, поддерживающие разведку и переработку полезных ископаемых. В числе приоритетов – совершенствование механизмов финансирования геологоразведки и развитие инфраструктуры для переработки сырья”, – добавили в МФЦА.
Еще одним направлением также остается развитие внутренней переработки и создание добавленной стоимости.
“Следует стимулировать инвестиции в обогатительные мощности, развитие промежуточных звеньев цепочки создания добавленной стоимости. Это может быть реализовано через механизмы государственно-частного партнерства, МФЦА или другие площадки”, – рассказали в МФЦА.
Кроме того, важно внедрять ESG-стандарты на ранних стадиях геологоразведки. Это снижает риски, повышает устойчивость проектов и их привлекательность для международных инвесторов.
“Международное сотрудничество и брендинг страны остаются ключевыми факторами успеха. Опыт Канады и Австралии, активно участвующих в глобальных альянсах по критическим минералам с США, ЕС и Японией, показывает значимость координации усилий. Для Казахстана дальнейшее укрепление репутации надежного поставщика критических минералов напрямую связано с развитием открытых, понятных и предсказуемых правил для инвесторов”, – констатировали в МФЦА.
Юрисдикция готова
По словам президента Казахстанской горнорудной палаты Руслана Баймишева, Казахстан стал одной из передовых юрисдикций для геологоразведки в мире с хорошими перспективами крупных открытий.
“По оценкам международных экспертов, общая потребность в производстве лития вырастет до 4 млн. тонн, а это, в свою очередь, говорит о необходимости открытия 74 новых месторождений в мире. Прозрачные правила и конкуренция способствует этому в Казахстане, обеспечивая реализацию стратегических интересов”, – отметил Руслан Баймишев.
Он уточнил, что из-за небольшой доли содержания лития необходимо уметь рассчитать как экономику отработки месторождения и переработки руды, так и технологию извлечения металла.
“Для этого, во-первых, нужны большие инвестиции, чтобы разведать такое месторождение. Во-вторых, нужно приходить с технологиями, апробировать их на месте, чтобы извлечь эти минералы. Это очень финансово затратная индустрия. Рисковать и вкладывать такие длинные деньги готовы только инвесторы с так называемым запасом прочности. Поэтому этот рынок открыт для всех – не только для иностранных, но и для отечественных предпринимателей в первую очередь”, – сказал эксперт.
Он добавил, что для привлечения иностранных инвесторов также необходимы налоговая стабильность и предсказуемость законодательства.
Добычи нет, но перспективы есть
В Комплексном плане развития отрасли редких и редкоземельных металлов на 2024-2028 годы наиболее привлекательными для доразведки и добычи лития назывались месторождения, находящиеся на востоке Казахстана: Юбилейное, Верхне-Баймурзинское, Бакенное, Белогорское, Ахметкино и Медведка.
“У Казахстана есть реальный шанс превратить литий из перспективного, но малоиспользуемого ресурса в одну из важных экспортных статей. Это может дать экономический эффект, диверсифицировать ресурсную базу, подготовить страну к глобальным трендам – электромобили, аккумуляторы, зеленая энергетика”, – подчеркнули в Министерстве промышленности и строительства.
Однако достижение указанных целей потребует больших усилий, так как многие из месторождений находятся на ранних стадиях разведки. Например, Аральский осадочный бассейн – регион с перспективой для добычи лития из рассолов. Его разработка может усилить географическое распределение литиевых ресурсов в стране, но требует серьезной разведки и подтверждения экономической целесообразности.
“Многое в потенциале, но требует вложений, разведки, подтверждения. Рентабельность добычи и производства зависит от содержания лития в руде. До выпуска продуктов с высокой добавленной стоимостью происходит полный цикл от добычи, обогащения и переработки. Добыча лития в Казахстане не осуществляется. На данный момент страна фактически не имеет промышленной добычи этого металла”, – заявили в Минпроме.
Интерес иностранных компаний
Международный интерес к проектам в Казахстане уже проявляется. Есть соглашения с зарубежными компаниями на разведку и добычу лития, а также на строительство комплексов по добыче и переработке.
“Одним из ключевых игроков является HMS Bergbau AG из Германии. Компания заключила соглашения о разведке, добыче и переработке литиевых и других редкометалльных руд совместно с казахстанскими партнерами. В случае положительных результатов геологоразведочных работ, а также оценки экономического состояния проекта суммарные инвестиции, согласно заявлениям HMS Bergbau, будут составлять около $500 млн.”, – отметили в Министерстве промышленности и строительства.
На сайте Минпрома указано, что инвесторы из Германии готовы строить ГОК по добыче и переработке лития и переработке пегматитовых руд для получения концентрата окиси лития на Асубулакском пегматитовом поле (ВКО). Проект собираются ввести в эксплуатацию в 2028 году.
Согласно отчету МФЦА за 2024 год, геологические организации для разведки и разработки литиевых месторождений в Восточном Казахстане сотрудничают также с компаниями из Южной Кореи и Великобритании. В марте 2024 года Корейский институт геонаук и минеральных ресурсов (KIGAM) обнаружил новое литиевое месторождение с содержанием 5,3 % в Восточно-Казахстанской области. Его стоимость была оценена в $15,7 млрд.
У кого есть право на добычу лития в Казахстане?
– Creada Corporation – месторождение Ахметкино в Восточно-Казахстанской области. В 2024 году получила чистый убыток на 20,089 млн. тенге. Выручки у компании не было.
– “ГРК “Огневский ГОК” – Маралушинское техногенно-минеральное образование (ТМО) в ВКО. В 2024 году чистый убыток компании составил 57,442 млн. тенге, выручка – до 12,880 млн. тенге.
– Qazaq Granit – участки “Центральный” (детальная разведка) и “Байменсай” (поисково-оценочные работы) месторождения Карагайлыактас. В 2024 году чистый убыток ТОО составил 132,857 млн. тенге. Выручки у компании не было.
Какие риски несет для Казахстана добыча лития?
Высокое потребление воды
При добыче лития из рассолов требуется подъем и последующее выпаривание соляных растворов, что требует огромных объемов воды. В засушливых и полузасушливых регионах это может привести к истощению подземных вод, что угрожает водоснабжению населения, сельскому хозяйству и экосистемам.
Загрязнение почв и водных ресурсов
При переработке руд и рассолов используются химикаты, и отходы (шламы, “хвосты”, соляные остатки) могут содержать вредные элементы. При недостаточном контроле существует риск загрязнения грунтовых вод и долговременного ущерба природе и человеку.
Нарушение ландшафта и утрата биоразнообразия
Добыча из твердых руд требует карьерных работ и вскрытия земель, а добыча из рассолов – создания крупных испарительных бассейнов и инфраструктуры. Это ведет к разрушению экосистем, эрозии и деградации почв, потере флоры и фауны.
Долгосрочная нагрузка от отходов
Без современных технологий хранения и переработки отходы сложно безопасно утилизировать, что повышает риск утечек и долговременных негативных экологических последствий.
Источник данных: “Национальная геологическая служба”. (Анджела Кубашева, обозреватель Forbes Kazakhstan)