Если бы война закончилась к началу июня, потребовалось бы несколько месяцев для проведения операций по разминированию и нормализации торговых потоков, поскольку поставки и добыча отстают от спроса. Увеличение поставок из Атлантического бассейна помогает, но не может компенсировать утраченные баррели из Персидского залива.
Об этом рассказал представитель Международного энергетического агентства (IEA) Александр Брессерс во время конференции Petroleum Ukraine Warsaw’26 .
Цены на сырую нефть с начала конфликта выросли, а фьючерсы на Brent достигли отметки около $100 за баррель, что почти на 40% выше довоенного уровня. Цены на рынках нефтепродуктов, где дефицит был наиболее выраженным (европейское дизельное и реактивное топливо), выросли еще больше.
Экспорт нефти из стран Персидского залива вырос на 1,9 млн. баррелей в сутки (б/д) в апреле, но остается на 14 млн. б/д ниже довоенного уровня. С февраля экспорт сырой нефти из стран Персидского залива сократился на 9,8 млн. б/д, тогда как экспорт сырой нефти из Атлантического бассейна обеспечивает лишь незначительную компенсацию, добавляя на рынок лишь 3,5 млн. б/д.
Хотя большинство продукции предназначено для Азии, Европа сильно зависит от поставок дизельного и реактивного топлива из экспортно ориентированных нефтеперерабатывающих заводов Ближнего Востока. Прерывание этих потоков увеличивает давление на рынках топлива и нефтехимической продукции.
“Сейчас мы оцениваем, что спрос в этом году снизится на 420 тыс. б/д, а годовое сокращение во втором квартале 2026 года на 2,5 млн. б/д станет первым со времен пандемии Covid-19. Азия (-1,2 млн. б/д) и Ближний Восток (-780 тыс. б/д) доминируют в падении второго квартала”, – сказал Александр Брессерс.
Снижение прогноза спроса IEA в основном касалось Ближнего Востока и Азии, а также таких продуктов, как сырье для нефтехимии, сжиженный нефтяной газ для приготовления пищи и реактивное топливо. Это было связано с физической нехваткой продукции, более высокими ценами и повреждением инфраструктуры.
Представитель IEA отметил, что поставки топлива в марте выглядели относительно стабильными, чему способствовал неполный перенос оптовых цен на розничные. Вероятно, свою роль также сыграли меры предосторожности закупки конечными потребителями, что может еще больше снизить спрос в будущем.
В апреле запасы на суше сократились на 170 млн. баррелей, поскольку длительные перебои со снабжением привели к сокращению запасов стран ОЭСР и стран, не входящих в ОЭСР, на 146 млн. и 24 млн. баррелей соответственно. В то же время запасы нефти на воде выросли на 53 млн. баррелей.
По состоянию на 8 мая было высвобождено около 90 млн. баррелей государственных запасов в дополнение к 74 млн. баррелей обязательных промышленных запасов.
Хотя рынок может вернуться к профициту к концу года, необходимость пополнения истощенных запасов нефти будет стимулировать спрос и после 2026 года.
Александр Брессерс отметил, что немедленного понижения цен до докризисного уровня не будет, поскольку рынок не прекращает потреблять нефть и нефтепродукты. Спрос недостаточно эластичен, чтобы реагировать на такие изменения столь быстро.