Латвия: 10 вопросов о свободном рынке газа

3 апреля в Латвии открывается рынок газа, и предприятия до 15 июня должны выбрать торговца газом, перезаключив старый договор. С 1 июля поставка газа будет происходить по новым договорам.

По мнению заместителя госсекретаря министерства экономики Яниса Патмалниекса, несмотря на то, что на сегодняшний день лицензию на торговлю газом получили 15 предприятий, вначале реально торговать газом будут 3-4 компании. Между тем у многих потребителей в Латвии остались вопросы, которые связаны с возможным ростом цен на газ, с непонятным будущим Инчукалнского газохранилища и безопасностью поставок газа в страну. На них в интервью rus.db.lv ответил Янис Патмалниекс.

– Если сравнивать либерализацию рынка газа и рынка электричества, то в чем принципиальная разница?

– В том, что на рынке электричества есть биржа Nord Pool с четким ценовым механизмом. На рынке газа исторически был один поставщик природного газа – российская компания “Газпром”, сейчас появится возможность покупать газ из терминала в Клайпеде. Фактически пока у нас только два поставщика, которые будут формировать цену на газ в Латвии.

– Не кажется ли вам, что два поставщика – это слишком мало для того, чтобы построить реальный рыночный механизм? Не было бы более правильным открыть рынок газа в Латвии после того, как будет построены газопроводы Литва-Польша и Эстония-Финляндия, чтобы обеспечить возможность и другим поставщикам газа участвовать в рынке?

– Нет, два поставщика – это уже хорошо, потому что теоретически мы можем покупать из Клайпеды не только норвежский газ. Там могут быть разные поставщики газа. И потом, когда мы уже увидим, как работают поставки газа из клайпедского терминала, как вообще функционирует рынок, мы сможем дальше развивать его. После того, как будут построены новые газовые инфраструктуры с Польшей, а это будет 2021 г., возможности станут намного шире.

– Насколько газ из терминала Клайпеды будет конкурентоспособен по сравнению с “газпромовским” газом? От экспертов часто звучит мнение, что из-за сложного технологического процесса и логистики он будет дорогим.

– Мы пока не знаем, какова будет его цена, но в прошлом году Latvenergo хотел закупать газ в Литве. Они пришли к выводу, что цена газа из терминала в Клайпеде в большинство периодов времени была ниже, чем стоимость газа от “Газпрома”. Опять же другие торговцы газом могут покупать газ от “Газпрома” – запретов никаких нет.

– Но каким образом газ, купленный другими поставщиками у “Газпрома”, может быть дешевле, чем газ Latvijas Gaze (LG)? Ведь бывший монополист не только имеет долгосрочные договоры с “Газпромом” о поставках газа, но и частично ему принадлежит?

– В прошлом году “Газпром” организовывал аукционы из хранилища газа, и этот вид торговли, как мы понимаем, будет только развиваться. Кроме того, есть различные ценовые механизмы, как можно сыграть на сезонной разнице цен на газ, ведь летом газ дешевле, а зимой дороже. Речь идет уже о вторичном рынке газа, где также можно будет покупать газ. Опять же, мы надеемся, что “Газпром” на свободном рынке газа будет тщательней оценивать свою ценовую политику и снижать цены на газ. Не секрет, что “Газпром” поставлял в Латвию газ по более высоким ценам, чем в другие страны Европы. Ну и, кроме того, “Газпром” будет понимать: монополии больше нет, и надо считаться с тем, что рядом могут быть более дешевые предложения от других поставщиков. Если мы добьемся, что “Газпром” снизит цены на газ для латвийского рынка, то это тоже успех. В целом это и есть наша цель – заставить этот рынок жить по условиям конкуренции, которая означает снижение цен для конечного потребителя.

– При этом ни один торговец газом не может выставить свое предложение, не дождавшись вначале тарифов от LG. Не получится ли так, что разница в цене у торговцев газом будет настолько ничтожная, что потребителям просто не будет смысла менять поставщика газа?

-Тот факт, что торговцы ориентируются на LG – это нормально. И мы не думаем, что вначале конкуренция на этом рынке будет очень жесткая. Хорошо, если 3-4 предприятия выступят со своими предложениями для потребителей, так было и на рынке электроэнергии. Но мы видим, что спустя какое-то время рынок, прочно встав на рельсы конкуренции, становится более активным, и на нем появляется все больше участников. Например, Lattelecom вошел на рынок электричества спустя 2 года после того, как он открылся для домашних хозяйств.

– До 15 июня предприятия должны выбрать нового поставщика газа. Если они не сделают это в установленный срок, то для них применяется 20%-ная наценка на установленную по ранее заключенным договорам стоимость газа. Получается, что если предприятие решит остаться у LG, то все равно надо перезаключать договор, чтобы не платить больше?

– Да, именно так. Мы внесли такое правило, чтобы заставить рынок более эффективно работать, чтобы предприятия были более активными в выборе поставщика. Те, кто решит остаться у LG, все равно должны перезаключать новый договор. Это нужно для того, чтобы торговцы могли планировать объемы закупки газа.

– Говоря о цене, представители LG не устают повторять, что на свободном рынке всех потребителей ждет резкий рост цен на газ – в основном из-за удорожания транспортировки и хранения газа.

– Мы вообще не видим основания для таких разговоров. У них же был тариф на передачу, хранение и распределение газа, этот тариф экономически обосновывался – расходы на транспортировку и пр. Так почему эта часть должна вдруг резко подорожать? Да, сейчас новый оператор хранения и передачи газа Conexus Baltic Grid подал в регулятор общественных услуг заявку на новые тарифы, которые выше, чем раньше. Но решения по новым тарифам еще нет. Другой вопрос, что в Латвии постоянно падает потребление газа, значит, использование инфраструктуры становится дороже. Но сейчас по этому вопросу тоже пока нет ясности. Вопрос остается открытым – насколько оператор хранения и передачи успешно может привлекать предприятия, например, из той же Литвы, которые могут хранить газ в Инчукалнском газохранилище.

– А почему газохранилище теряет клиентов?

– Хороший вопрос, на который у нас нет ответа. Но мы видим, что у Conexus Baltic Grid есть возможность привлекать клиентов для хранения газа. Возможно, что причина заключается в том, что они перестраивают свою работу от монополии к конкуренции.

– Государство может стать владельцем Инчукалнского газохранилища через покупку акций Conexus Baltic Grid?

– Теоретически – может стать, но вопрос – есть ли в этом заинтересованность.

– Ее нет?

– Речь идет о большой сумме, поэтому пока нет государственного решения о том, нужно ли государству Инчукалнское газохранилище. Право первой руки на покупку Conexus Baltic Grid у государства есть, их нужно использовать до конца года, когда нынешним акционерам нужно будет продать свои акции. Но возможно, что государство решит не использовать это право. Однако через законы государство сможет контролировать вопрос продажи акций Conexus Baltic Grid другим инвесторам. Речь все-таки идет о стратегически важном для страны объекте инфраструктуры.

– Еще один важный вопрос – о безопасности поставок. Раньше они гарантировались LG, который создавал резервы и страна была обеспечена газом на достаточно долгий период. После 3 апреля кто за это будет отвечать?

– Для своих пользователей все торговцы гарантируют поставки через заключенные договоры. Что же касается резервов газа на случай каких-то кризисов и аварий в газопроводной системе, то они обязательно будут – как минимум на 2-недельное потребление Латвией газа. Самое главное, чего мы ждем от рынка газа – это не революции, а эволюции. Пока мы многого не знаем, потому что мы не жили в эпоху свободного рынка газа. Но рано или поздно нам все равно надо было к этому прийти. (Rus.db.lv/Энергетика Украины и мира)


Ваша реклама под каждым постом этого сайта. ПОДРОБНЕЕ


Оставьте комментарий