Украина: ПАО “Укртрансгаз” – доходная история оператора газотранспортной системы (ГТС)

Экспортные газопроводы, которые позволяют НАК “Нафтогаз Украины” получать доходы от транзита российского газа, эксплуатируются уже более 50 лет. Это наследство, доставшееся Украине после распада СССР, и оно продолжает связывать страну с советским прошлым, где экономические решения диктовала идеология.

Но магистральные газопроводы непросто “декоммунизировать” без финансового ущерба в $3 млрд. – приблизительно такую сумму ежегодно получает “Нафтогаз” от “Газпрома” за оказание транспортных услуг, и она будет поступать в распоряжение украинского госхолдинга до завершения транзитного контракта в 2019 г.

Mind разбирался, с какими рисками связана такая доходная история для оператора газотранспортной системы – компании “Укртрансгаз”. Эти риски отражают специфику актуальных политических противоречий, которые мешают газотранспортному бизнесу, но подталкивают его к изменениям и поиску новых эффективных решений.

За счет чего содержать ГТС?

Одна из наиболее важных проблем “Укртрансгаза” связана с обеспечением текущего ремонта магистральных газопроводов для поддержки их технического качества. Тут можно выделить три основных нюанса.

Во-первых, затраты на ремонт заложены в инвестпрограмму компании, которую еще должна легализовать Нацкомиссия регулирования энергетики и коммунальных услуг.

Во-вторых, “Укртрансгаз” испытывает дефицит финансовых средств для покрытия текущих затрат, который усугубляется на фоне противоречий с облгазами и предприятиями теплокоммунэнерго из-за споров по формированию газового баланса и его документальному оформлению.

Доходы от транзита российского газа “Укртрансгаз” также получает ограниченно: как ими распорядиться, решает “Нафтогаз”, который выступает стороной, подписавшей контракт с “Газпромом”. “Укртрансгазу” в этих договоренностях отведена роль технического исполнителя.

В-третьих, существует проблема с организацией поставок всех необходимых комплектующих для проведения ремонтных работ.

Частично упомянутые риски для оператора ГТС снял “Нафтогаз” как его акционер. В НАКе посчитали, что из-за неэффективной работы госрегулятора, “Укртрансгаз” может ориентироваться в операционных затратах и капинвестициях на свой годовой финансовый план, утвержденный набсоветом госхолдинга.

Но из-за политических ограничений в контактах с “Газпромом”, “Укртрансгаз” не может выходить на прямые переговоры по закупкам комплектующих для ремонта ГТС. Российская монополия – основной заказчик транспортных услуг – могла бы посодействовать в заключении выгодных сделок. Однако сейчас такой вариант для “Укртрансгаза” исключен. А посредники, осознавая проблему, в своих предложениях для компании завышают цены. Были прецеденты, когда накрутка достигала пятикратной рыночной стоимости комплектующих. В “Укртрансгазе” рассматривали также вариант поиска альтернативных китайских производителей. Но сотрудничество с ними не гарантирует высокого качества товара, поэтому идея отпала.

В подобной ситуации резонным будет вопрос о том, как “Укртрансгазу” выполнять условия транзитных договоренностей с “Газпромом”. В НАКе не афишируют проблемы с закупкой комплектующих для ремонта ГТС, но акцентируют на способности обеспечить гарантированный транзит. До сих пор претензий к Украине от потребителей российского газа в ЕС не возникало.

Для полноты картины, не стоит сбрасывать со счетов факт, что “Газпром”, как и “Укртрансгаз”, транспортирует свой ресурс по устаревшим газопроводам, более половины которых фактически подлежат замене. Их не стремятся ремонтировать для увеличения срока службы, но готовят “переделать с нуля” в интересах крупных подрядчиков и лоббистов производителей труб большого диаметра.

Как обслуживать приграничные участки?

Следующий риск для “Укртрансгаза” при оказании транзитных услуг связан с самим “Газпромом”. В условиях неоднозначной политической ситуации, когда Кремль организовал гибридную войну против Киева, устраивая разные провокации, напряжение может создать даже выполнение условий действующего контракта “Нафтогаза” с “Газпромом” по транспорту газа.

К основному транзитному контракту подписано дополнение – техническое соглашение, которое предусматривает выполнение производственно-технологических плановых работ на приграничных участках. “Газпром” может обращаться к украинской стороне и с отдельными инициативами, вне плана, когда возникает необходимость. Например, для внутренней диагностики трубопроводов.

Но если до аннексии Крыма Россией и начала вооруженного конфликта на Донбассе такие ситуации не вызывали подозрений, то теперь они сопряжены с риском диверсий и провокаций. А избежать контактов на уровне технических специалистов обеих стран, которые занимаются обслуживанием ГТС, невозможно. Потому что газопроводы Украины и России остаются взаимосвязаны, несмотря на разделение границей. Они проектировались в советское время как единая система. Потоки российского газа в украинской ГТС для экспорта в Евросоюз и для потребления внутри Украины можно разделить контрактно, но не физически. Это содержало открытые возможности для манипуляций, пока в ноябре 2015 года “Нафтогаз” не прекратил закупки топлива у “Газпрома” по прямому контракту.

Несмотря на политические сложности между странами, технические специалисты с украинской и российской стороны продолжают обслуживать приграничные участки ГТС. Сейчас только усложнилась процедура согласования таких контактов для региональных филиалов “Укртрансгаза” с “Нафтогазом”, чтобы повысить гарантии того, что представители “Газпрома” не пересекут “границы демократии”, выполняя свои работы.

Когда и как завершится “эра транзитного господства”?

Сокращение транзитных услуг, которые “Укртрансгаз” оказывает в интересах “Газпрома”, остается для компании актуальной перспективой, несмотря на разные политические заявления с противоположным смыслом.

Объем транзита зависит от того, насколько успешны будут позиции российского газа на рынке ЕС. Для украинской стороны проблема здесь не только в строительстве “Газпромом” альтернативных обходных маршрутов (“Северный поток-2”, “Турецкий поток”), но и в глобальной трансформации газового рынка.

Технологии добычи и поставок газа постоянно совершенствуются. Одним из ярких примеров этого является сжиженный природный газ (СПГ), который благодаря развитию морской транспортировки в последние годы активно меняет облик современной энергетики. В мире развиваются интеграционные процессы, СПГ конкурентов приходит на уже традиционные для российского газа экспортные рынки ЕС, вытесняя “Газпром”.

Расширяет присутствие в Европе и каспийский газ. На прошлой неделе в Турции был запущен Трансанатолийский газопровод (TANAP). Азербайджан планирует с середины 2019 года продавать по нему газ в Турцию и на юг Европы, где Украина также сможет организовать закупки.

В таких условиях (диверсификации источников и географии поставок) ценность украинской ГТС для российского газового транзита в Евросоюз снижается. Это объективная тенденция, при которой большими перспективами обладают планы по расширению интеграции украинского газового рынка с европейским, а не возврат к тесной взаимозависимости “Нафтогаза” с “Газпромом”.

Очевидно, этим объясняется весьма оптимистичное заявление президента Петра Порошенко о том, что Украина “полностью поддерживает” TANAP, чтобы получать азербайджанский газ через Болгарию и Румынию.

Расширение сотрудничества с Евросоюзом обладает для Украины стратегической привлекательностью также с точки зрения перспектив рыночных реформ, которые в последнее время застопорились. Попадая в “сферу влияния” основного торгового и финансового партнера с развитой рыночной экономикой, Украина скорее будет трансформироваться в лучшую сторону. Такого союзника среди государств на международной арене политологи называют “белым рыцарем”. В этом контексте Россия для постсоветского пространства является “черным рыцарем”, увлекающим соседние государства на путь авторитарной модернизации, условия которой навязывает власть, а не рыночная эффективность. (Светлана Долинчук, Mind/Энергетика Украины и мира)


Ваша реклама под каждым постом этого сайта. ПОДРОБНЕЕ


Оставьте комментарий